Секретные случаи группы СПЛИН

ЗИМОЙ НАСЕЛЕНИЕ ЧАЩЕ ВСЕГО БОЛЕЕТ ГРИППОМ И ХАНДРОЙ. ТО ЕСТЬ СПЛИНОМ, ХОТЯ ЛИДЕР ГРУППЫ «СПЛИН», ВОПРЕКИ ОЧЕВИДНОМУ, УВЕРЯЕТ, ЧТО «МЫ ВСЕ БОЛЬНЫ ГАНДБОЛОМ И ЗА ГАНДБОЛ УМРЕМ».

За разъяснением диагноза мы отправились к САМОДОСТАТОЧНЫм    КОЛЛЕГам ПО СПЛИНУ: к флейтисту группы «Сплин» Яну Николенко, который еще и группа «Сети» и к барабанщику Сергею Наветному, который когда-то играл со Святославом Задерием в группе «Нате!», в одесско-питерском «Кошкином Доме» и в собственной группе «Стиль».

 Галина Пилипенко: Как уживаются «Сплин» и «Сети»?

Ян Николенко: Пока что,  слава богу, нормально. Дело в том, что гастрольный график «Сетей» не забит. Вернёмся из тура, ребята будут отдыхать, а я займусь своей собственной группой. Так что всё удаётся и получается.

Г.П.: Про последний клип «Сплина» расскажите?

Ян: Идея пришла в голову режиссёру Михаилу Сегалу. Каждая его идея для нас загадка,  потому,  что  до конца он никому и никогда ничего не объясняет, что он намерен снимать. Он настоящий творец. В результате, он отснял кучу материала, который нам  казался абсолютно бессмысленным и неуместным, а  в итоге, получился замечательный, на мой вкус, клип.

 Съёмки продолжались сутки. Шёл нормальный, рутинный процесс, когда все едят какие-то бутерброды, пьют кофе, время  от времени снимаются. Мне,  например, пришлось всё время жевать жвачку, потому, что по задумке я должен быть в кадре всё время жующим. Теперь я, соответственно, ненавижу жвачки.

А самый забавный эпизод – это когда нашему американскому другу,  который играл главного героя–любовника, пришлось двадцать дублей подряд, есть сгущёнку. Поедание сладкого молока вошло в самый конец клипа, всёго на 3 секунды, а снималось несколько часов. За это время Фрэд съел несколько килограммов сгущёнки, которую в Америке никто не видел и не пробовал никогда!

Теперь у него есть определённое гастрономическое отторжение. В общем, я твёрдо уверен: сгущёнку он больше никогда в жизни есть не будет.

Г.П.: Мы всем задаём вопрос про женщин в рок – музыке. Оцените имидж, творчество, характер Земфиры?

Ян: Ни то ни другое, ни третье я не берусь оценивать, по той самой причине, что она наша коллега по цеху. Есть определённые группы людей, которые занимаются только живой музыкой. Не важно, рок это или поп, важно живой. И к этим людям мы относимся с уважением. Земфира потрясающе талантлива, и это всё что я могу о ней сказать.

Сергей Наветный: Не во всех жанрах искусства есть такие люди, как Земфира.

Г.П.: Земфира говорила, что «Алхимик» Коэльо, перевернул её жизнь. Что перевернуло вас?

Ян: Эта книга мне не понравилась совершенно. Я прочитал её, пытался понять, почему такой шум, стал читать другие романы Коэльо, и быстро перестал это делать.

Мой любимый автор, который действительно достаточно сильно изменил моё мироощущение - это чешский писатель Кундера. Всем рекомендую - отличный! 

Г.П.: Можно ли сказать, что группа «Ночные снайперы» - это женщины, несущие нечто мужское?

Ян: Трудно сказать. Песни абсолютно женские, тематика - тоже. Брутальность есть, но скажешь: «нечто мужское», могут не правильно понять.

Сергей:  У них брутальности больше чем у Земфиры, кстати, не знаю, прилично ли об этом говорить.

Ян. Мужественности – так, наверное, точнее. «Ночные снайперы» наши коллеги, опять же у нас общий продюсер, а о друзьях либо хорошее, либо ничего.

Сергей: Либо хорошее,  либо плохое.

Ян: Либо очень плохое. (Все хохочут). 

Ольга Полуянова: Знаменитые мужчины и женщины заводят между собой личные отношения, и что из этого получается?

Ян: По сути дела, гастролирующий музыкант – это цыган, который всё время в дороге, так что всё случается. Но если пару составляют два цыгана, то о каких долгосрочных отношениях может идти речь?

О.П.: То есть звёздные союзы не прочны?

Сергей: Они будут очень редко видеться, либо они должны подгадывать свои гастрольные графики, чтобы одновременно оказаться, скажем, в Москве. Но это же не возможно.

О.П.:  А расскажите о таких секретных случаях сплиновской практики.

Сергей: Но это же секретные случаи.

Ян: Цеховые тайны мы не выдаём – я же говорил – я кремень! И даже под очень страшными пытками ничего не расскажем!

Г.П. : Про группу «Колибри»?

Сергей: С ними что–то происходит, они выпали из активной музыкальной жизни.

Ян: Я даже не знаю, грешным делом, есть ли у них новый альбом?

(Машинистку понесло: «Есть у них новый альбом, и очень кайфовый. Просто нету у «Птичек» музыки в стиле ум-ца – ца - рок, так горячо любимый дядьками – форматами, служащими на буржуазных ихних радивах).

Сергей: Насколько я знаю, Наташа сейчас активно мутит новые проекты.

Ян: «Колибри» были гордостью и нашим достоянием, ни на что не похожей группой.

Г.П. А группа «Пепси»?

Ян и Сергей вспоминают ими же придуманное «или хорошо или плохо», а затем Ян говорит

Ян: Отличная группа, но опять же давно их не видно, но практически половина группы,  мои старинные знакомые. Я надеюсь, что у них всё в порядке.

Г.П.:  А Агузарова?

ЯН: Мы лично не знакомы. Но она стоит особняком.

Сергей: И насколько я могу судить, она ведёт достаточно странный и замкнутый образ жизни.

Ян: Она участвует сейчас в проекте Макса Фадеева, а значит,  возвращается к полноценной жизни.

Г.П.: Как поживает ваша землячка Ева Польна?

Ян: «Гости из будущего» – прекрасный эстрадный коллектив, я даже присутствовал при их зарождении. Я в то время с Юрой Усачёвым задумал совместный проект, но тут появилась Ева и полностью заслонила весь мир. Больше я Юру не видел, потом, что они укатили в бесконечные гастроли по всей стране.

Г.П.: А вас не  смущают их буржуазные заморочки вроде слов: «Моё платье дороже, чем весь твой дом»?

Ян: Вот так они самоутверждаются, но я словам значения не придаю, главное, что музыка и аранжировка у них отличная.

О.П.: В группе «Сплин» существует субординация, насколько вы зависимы от певца?

Ян: Мы свободные люди,  но всегда понимаем, что у Саши есть ощущения, способность чувствовать и формировать посыл, который он хочет выразить в песне. И это единственное ограничение, которое мы можем помнить. «Сплин» - группа взрослых людей и у каждого есть ограничения для самого себя. Например, если на гастролях запойно пить, то долго не продержишься. Ну и другие мелочи, а в целом, мы коллектив дружный.

Г.П.:Приходилось ли вам сталкиваться со спортивными фанатами, не понявшими иронию песни «Мы все больны гандболом»?

Ян: Конечно, более того, в Воронеже на радио позвонил товарищ и сказал: «Саша, Ян, я вот всё слушаю песню про гандбол, десять раз слушаю, двадцать и че-то не не пойму, про че она?»

Мы ответили: «Ты знаешь, дружище, это о спорте, мире и дружбе между народами». Он поблагодарил и мы поняли, что ему явно полегчало.

(Машинистка: А я глухая, грешным делом,  подумала, что песня,  про презервативы).

Ян: Вообще – то песня у Сашки получилась случайно, но потом нам предложили переделать её в песню о футболе и сделать её буквально гимном российской сборной, для чемпионата в Японии.

Г.П.: Кто вложил деньги в группу «Сети»?

Ян: Деньги в равной пропорции вложили: наш продюсер Саша Понаморёв и вторую половину – лейбл «Мистерия звука». Но контракт мы не подписывали.

Сергей: Контракт у нас с «Sony Music» (www.sonymusic.ru), к счастью, он не кабальный. Мы обязались выпустить 5 альбомов. С последним,  они пытались нас торопить, но мы не поддались и они, поэтому поводу не устроили истерику. Мы отдали его для выпуска только тогда, когда сами посчитали его готовым, когда он нам самим стал нравиться.

Г.П.: То есть отношения дружески-коммерческие?

Ян:  Это отличный вариант. В такой музыке, когда нет композиторов, авторов–песенников, которые пишут на заказ артиста и можно говорить: «Эй,  Витас! У тебя через неделю выходит альбом, ну-ка быстренько!»  И все десять тысяч человек строчат шлягеры, а он их потом поёт.

Ян: Люди, выпускающие наши альбомы, прекрасно знают, что, связавшись с рок – музыкантами спешка не уместна, всё зависит от настроения. В нашем случае, всё зависит только от одного единственного человека Саши Васильева.

Сергей: Возможно, мы иногда делаем ошибочные шаги, но это наша данность.

Г.П. Какие,  например?

Сергей: Когда выходит на радио сингл, а спустя 3 месяца выходит клип, а ещё через пол года – альбом. Это же не правильно, всё должно быть одномоментно.

Ян: Слава богу, ни нас, ни людей с нами работающих, нельзя назвать акулами шоу – бизнеса. Поэтому и сохраняются человеческие отношения внутри.

О.П.: Кого вы называете акулами?

Ян: Крутого, Киркорова, да есть ещё люди, которые серьёзно относятся к тому, чем они занимаются. Они очень важные и очень напряжённые. А для нас это жизнь, а не бизнес.

О.П.:Все ли песни написанные Васильевым вы должны исполнять, все ли они вам нравятся?

Сергей:  У него нормальный  вкус и потому неудачные песни в репертуаре не задерживаются, потому, что Сашка сам это очень хорошо          понимает. Да у него и не так много неудачных песен. Чаще всего,  нас ничего не обламывает.

Г.П. По законам рынка, скандал должен быть непременно. Вы как со скандалами, искусственно поддерживаете, или….?

Сергей: Жёлтых моментов мы чураемся, но скандалы преподносит жизнь.

Ян: Последний  погром произошёл в городе Заполярном, под Мурманском. Серьезно пострадали гостиничные номера и музыкальные инструменты.

Сергей: Сейчас у «Сплинов» затишье, значит, жди беды. (Смеётся).

Г.П.: Расскажи о своих параллельных проектах?

Сергей: Два года назад у меня вышла собственная пластинка. Я её сам сочинил и записал. Мой проект называется «Нава», я всё время это называю дурацким словом проект. Никак не подберу нужное слово, но это не группа, это я сам и иногда друзья, коллеги, которых я приглашаю.

Г.П. Если добавить букву, то получится «навар».

Сергей: Отлично! Но я обыгрывал в названии свою фамилию.

Кроме того, я работаю с артистами как саунд–продюсер, это моё увлечение. Долгосрочная работа у меня была с питерской группой « Огненная муха», она сейчас  делает быстрые шаги и с «Торбой на круче».

Ян: Серёжа – со-продюсер последних двух сплиновских альбомов, он как–то стыдливо об этом умалчивает. И то, как мы теперь звучим – это его заслуга.

О.П.: Не хотелось бы вам выпустить альбом besides, как делают, скажем, «Pet Shop Bоуs» и другие. То есть те песни, что и выбросить жалко, и в альбом они не входят?

Ян:  У   нас есть одна такая песня, но для альбома besides, маловато.

Сергей: Некоторые песни имеют другое рождение и опережают время,  наверное. Или мы до них дозреваем позже. Например, на последнем альбоме есть песня «Девятиэтажный дом». Она сочинена ещё до альбома «Альтависта», лет пять назад. Мы хотели её включить в альбом «25- й кадр», потом впихивали в другие альбомы, но она везде казалась неуместной.

На альбоме «Новые люди» мы её сыграли в той же самой аранжировке  и всё состоялось!

Г.П. «Новые люди» - это  антиподы новых русских?

Ян: Этот вопрос к Сашке, не знаю, что он там глубинно подразумевал.

Сергей: Скорее,  новые люди – это люди не жанровые, а новые русские – это жанровые люди.

Г.П. Вот примет дума закон о русском языке,. по которому иностранные слова нельзя будет использовать, что будите делать тогда с песенкой «Смайл»?

Ян: Ничего, так и буду петь.

О.П. А что будет делать Ян с таким именем?!

Сергей: Любой язык – это наука, никоим образом правительству не подчиняющаяся. Я думаю, если закон будет принят, мы будем выглядеть посмешищем в глазах всего мира, и я надеюсь, что если такое произойдёт, то закон быстро отменят. Поскольку он абсурден! Невозможно директивно управлять языком! Мы ничего не будем менять, будем жить, как жили, и говорить на языке, на котором говорили.

Ян: Даже если в нём есть противозаконные словечки!

После концерта «Сплина» в ростовском доме Офицеров была оторвана одна ручка от кресла, сломаны два туалетных бочка, стоимостью 75 рублей  каждый. А на балконе в зале было написано: «Сплин – это Анархия!».

Музыканты же отправились в сауну, где смотрели футбольный матч по телевизору. «Локомотив» играл с кем – то там… Сплиновцы делали ставки в размере ста рублей.     

Галина Пилипенко, Ольга Полуянова

5 марта 2003 г      




0 комментариев

Оставить комментарий

Комментировать при помощи:


Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.